Законопроект Правденко-Павленко узаконит киллерство в СМИ
Среда, 9 июля 2003, 11:54
Проект закона об урегулировании возмещения морального ущерба, недавно внесенный народными депутатами Сергеем Правденко и Юрием Павленко вызвал в основном отрицательную реакцию.
За то, что проект предлагает сократить антицензурные поправки, недавно введенные в статьи 45-1 Закона Украины "Об информации" и сузить новые изменения в статью 47-1 этого же закона, которые освобождают лиц от ответственности за разглашение информации, которая является общественно значимой, проект подвергся справедливой критике. "По моему убеждению, изъятие именно этих положений и является главной целью данного законопроекта", сказал Николай Томенко, председатель парламентского комитета по вопросам свободы слова и один из авторов указанных поправок.
В защиту законопроекта, соавтор Сергей Правденко обратил внимание на безусловно положительное предложение исключить бессмысленную статью нового Гражданского Кодекса, где "считается, что отрицательная информация, распространенная о лице, является недостоверной". Но особой ценностью для СМИ вроде бы может быть то, что законопроект содержит нормы, в соответствии с которыми возмещение морального вреда, причиненного распространением неправдивых сведений, не может привести к закрытию СМИ. Точнее, размер возмещения "определяется с учетом имущественного состояния виновной стороны и не должен приводить к прекращению деятельности средства массовой информации".
На первый взгляд, это звучит положительно для СМИ. Но на практике, в украинских медийных реалиях, принятие такого нововведения может привести к неожиданным для СМИ и неутешительным для общества последствиям.
Возьмем, например, абстрактную национальную газету Утренние Вести, которая официально принадлежит трудовому коллективу, но тихонько содержится известным политиком "Виктором 1" (известных Викторов много, выбирайте которого угодно). Газета печатает статью внештатного журналиста о другом известном Викторе ("Виктор 2"), в которой вранье, полувранье и единичные зернышки правды изложены в киллерской смеси, которая совершенно не информирует читателей, но создает отрицательный имидж Виктора 2. Официально, журналист получил гонорар в 200 гривен, но Виктор 1 "под столом" заплатил ему 2000 долларов.
В ответ, Виктор 2 подает иск в защиту чести и достоинства к редакции газеты и журналисту и требует возмещения морального вреда в сумме 100 000 гривен от газеты и 10 000 от журналиста. Доказывая, что у обоих был умысел, Виктор 2 требует полного удовлетворения иска. Во избежание такого результата, ответчики обращаются к законодательным изменениям Правденко-Павленко. Но оказывается, что это не так уж просто, и довольно неприятно.
Поскольку изменения требуют от суда учесть имущественное состояние виновной стороны, УВ должны открыть свою бухгалтерию суду и Виктору 2 для доказательства того, что минимальный годовой бюджет газеты является, условно, 50 000 гривен и потому возмещение полной суммы приведет к ее закрытию.
Но как опытный финансист/юрист (в зависимости от того, на какую роль какого Виктора выбрал читатель), Виктор 2 знает о двойной и тройной бухгалтерии, и вносит доказательства о скрытых прибылях, снимки коттеджа и машины редактора, стоимость которых никак не соответствуют мизерной официальной зарплате и много других штучек, которые бросают не слишком желательный свет на все теневые уголки бизнеса УВ (и могут привлечь внимание налоговой). Оказывается, что настоящий бюджет газеты составляет 500 000 в год.
Первый прогноз: только СМИ, которые готовы на придирчивую финансовую ревизию со стороны суда и истца смогут воспользоваться "защитой", которую предлагают Правденко-Павленко. И это справедливо. Только СМИ, в которых все делается соответственно закону должны иметь право пользоваться такой мощной правовой привилегией.
Но, хотя я лично приветствую любые попытки увеличить прозрачность в теневом медийном бизнесе в Украине, сомневаюсь, что такие нововведения принесут большую радость самим СМИ. Они больше похожи на ловушку, чем на спасение: выяснение имущественного состояния СМИ требует специальных знаний, и суд может назначить экспертизу – такая экспертиза, в сущности, может стать внеплановой проверкой, в особенности для СМИ, которые не по душе власти.
Второй прогноз: когда журналист предоставит доказательства о своих доходах, суд просто оставит их без рассмотрения, так как авторы законопроекта не записали подобную привилегию для журналистов. Авторов, наверное, не очень и волновало, что от возмещения морального вреда обанкротится журналист. Но даже если бы они написали такую норму, журналисты попали бы в такую же ловушку, как и СМИ и стали бы чувствительны к разным финансовым проверкам своих личных доходов.
Но ради аргумента, скажем что адвокат Виктора 2 плохо поработал и не нашел доказательств, которые бы бросали тень на финансовые данные УВ. Тогда, чтобы сумма возмещения не привела к закрытию газеты, суд выносит решение, в котором УВ обязаны заплатить истцу 50 000 гривен, а журналист также может выплатить 10 000.
На следующий день УВ печатает вторую киллерскую статью о Викторе 2, написанную другим внештатным журналистом (так как первому не понравилось то, что он должен был выплатить весь свой теневой гонорар за компенсацию Виктору 2). Исковой процесс повторяется, и Виктор 2 снова доказывает умысел. Но после выплаты 50 000, газета стала на грани своего минимального годового бюджета. И что тогда может делать суд?
Если четко придерживаться предложенной нормы, то, наверное, ничего. Выстрадав один судебный процесс, и выплатив 50 000 гривен (что, учитывая богатства Виктора 1, не такая уж большая сумма) "Утренние Вести" завоевали себе карт-бланш печатать грязь и вранье без наименьшей юридической ответственности.
Но забудьте об УВ и щедром спонсоре Викторе 1. Согласно предложенным изменениям, неприбыльные СМИ, которыми в Украине являются почти все СМИ, даже не должны заплатить копейки компенсации, чтобы заслужить полную киллерскую индульгенцию. Законопроект, таким образом, просто приведет к размещению самых плохих пасквилей в бедных СМИ, которые не будут нести никакой ответственности. Если много Украинских СМИ теперь далеки от цивилизованных стандартов профессиональности и этики, то принятие нормы, предложенной Правденко-Павленко, приведет к узакониванию словесного киллерства, в котором информирование общества станет чуть ли не на последнем месте среди ценностей СМИ.
Вообще, кроме сугубо лоббистских мотивов и цеховских интересов, я никогда не понимала разных попыток законодательно освобождать все без исключения СМИ от финансовой ответственности за распространение недостоверной информации без учета степени их вины. Как можно ставить сознательно киллерские "Утренние Вести" в такое же правовое положение как, скажем, более-менее профессиональную газету, которая допустила добросовестную ошибку? Это полный абсурд. Право на свободу слова никак и нигде не равняется праву отдельного СМИ на существование.
Вообще, предоставление СМИ правовой защиты от закрытия приведет не только к крайней несправедливости и нарушению прав человека – того, который несет убытки от распространения вранья, но не будет иметь права на возмещение, так как распространителем была бедная районка ли неприбыльная ТРК – но и к деградации качества СМИ и невозможности нормального коммерческого развития медиа-рынка.
Возможно потому, что судебные дела против СМИ являются относительно новыми в Украине, они часто рассматриваются исключительно через призму свободы слова. Однако история печати в США и странах Европы засорена трупами СМИ, которые умерли после проигрыша судебных дел. Но ни одна из этих стран, в которых защита свободы слова не подлежит серьезным сомнениям, не установила законодательных ограничений сумм компенсации за распространение недостоверной информации.
Если сумма возмещения зависит от степени вины СМИ/журналиста, если у них есть право на добросовестную ошибку и если должностные лица имеют меньшую защиту от распространения недостоверной информации, чем частные лица, судебные иски являются одним из главных рыночных механизмов для разделения СМИ и журналистов, которые заслуживают продолжения профессии, и тех, которым следует искать другую работу. В Украине, где коммерческие и рыночные механизмы слабы или вообще отсутствуют, судебные иски с неограниченными суммами и такие, которые могут привести к закрытию, являются чуть ли единственным рычагом, который отсекает неконкурентоспособные (непрофессиональные, неэтичные) СМИ и стимулирует хоть какое-то качество.
После недавно принятых законодательных изменений, внесенных Томенко, украинские СМИ имеют почти полный арсенал защиты против судебных исков, когда они этого заслуживают. Поэтому принятие законодательных ограничений на суммы компенсации, которые предлагают Правденко-Павленко, наоборот приведет не только к защите тех СМИ, которые этого не заслуживают, но и к ловушке финансовой прозрачности, к которой они никак не готовы.
Но наиболее тревожным результатом будет легализация словесного киллерства накануне выборов.
Мария Мисьо, Др. Юр. директор программы правовой защиты и образования СМИ
IREX ProMedia-Ukraine
Читайте также:
В Украине узаконят цензуру?
За то, что проект предлагает сократить антицензурные поправки, недавно введенные в статьи 45-1 Закона Украины "Об информации" и сузить новые изменения в статью 47-1 этого же закона, которые освобождают лиц от ответственности за разглашение информации, которая является общественно значимой, проект подвергся справедливой критике. "По моему убеждению, изъятие именно этих положений и является главной целью данного законопроекта", сказал Николай Томенко, председатель парламентского комитета по вопросам свободы слова и один из авторов указанных поправок.
В защиту законопроекта, соавтор Сергей Правденко обратил внимание на безусловно положительное предложение исключить бессмысленную статью нового Гражданского Кодекса, где "считается, что отрицательная информация, распространенная о лице, является недостоверной". Но особой ценностью для СМИ вроде бы может быть то, что законопроект содержит нормы, в соответствии с которыми возмещение морального вреда, причиненного распространением неправдивых сведений, не может привести к закрытию СМИ. Точнее, размер возмещения "определяется с учетом имущественного состояния виновной стороны и не должен приводить к прекращению деятельности средства массовой информации".
На первый взгляд, это звучит положительно для СМИ. Но на практике, в украинских медийных реалиях, принятие такого нововведения может привести к неожиданным для СМИ и неутешительным для общества последствиям.
Возьмем, например, абстрактную национальную газету Утренние Вести, которая официально принадлежит трудовому коллективу, но тихонько содержится известным политиком "Виктором 1" (известных Викторов много, выбирайте которого угодно). Газета печатает статью внештатного журналиста о другом известном Викторе ("Виктор 2"), в которой вранье, полувранье и единичные зернышки правды изложены в киллерской смеси, которая совершенно не информирует читателей, но создает отрицательный имидж Виктора 2. Официально, журналист получил гонорар в 200 гривен, но Виктор 1 "под столом" заплатил ему 2000 долларов.
В ответ, Виктор 2 подает иск в защиту чести и достоинства к редакции газеты и журналисту и требует возмещения морального вреда в сумме 100 000 гривен от газеты и 10 000 от журналиста. Доказывая, что у обоих был умысел, Виктор 2 требует полного удовлетворения иска. Во избежание такого результата, ответчики обращаются к законодательным изменениям Правденко-Павленко. Но оказывается, что это не так уж просто, и довольно неприятно.
Поскольку изменения требуют от суда учесть имущественное состояние виновной стороны, УВ должны открыть свою бухгалтерию суду и Виктору 2 для доказательства того, что минимальный годовой бюджет газеты является, условно, 50 000 гривен и потому возмещение полной суммы приведет к ее закрытию.
Но как опытный финансист/юрист (в зависимости от того, на какую роль какого Виктора выбрал читатель), Виктор 2 знает о двойной и тройной бухгалтерии, и вносит доказательства о скрытых прибылях, снимки коттеджа и машины редактора, стоимость которых никак не соответствуют мизерной официальной зарплате и много других штучек, которые бросают не слишком желательный свет на все теневые уголки бизнеса УВ (и могут привлечь внимание налоговой). Оказывается, что настоящий бюджет газеты составляет 500 000 в год.
Первый прогноз: только СМИ, которые готовы на придирчивую финансовую ревизию со стороны суда и истца смогут воспользоваться "защитой", которую предлагают Правденко-Павленко. И это справедливо. Только СМИ, в которых все делается соответственно закону должны иметь право пользоваться такой мощной правовой привилегией.
Но, хотя я лично приветствую любые попытки увеличить прозрачность в теневом медийном бизнесе в Украине, сомневаюсь, что такие нововведения принесут большую радость самим СМИ. Они больше похожи на ловушку, чем на спасение: выяснение имущественного состояния СМИ требует специальных знаний, и суд может назначить экспертизу – такая экспертиза, в сущности, может стать внеплановой проверкой, в особенности для СМИ, которые не по душе власти.
Второй прогноз: когда журналист предоставит доказательства о своих доходах, суд просто оставит их без рассмотрения, так как авторы законопроекта не записали подобную привилегию для журналистов. Авторов, наверное, не очень и волновало, что от возмещения морального вреда обанкротится журналист. Но даже если бы они написали такую норму, журналисты попали бы в такую же ловушку, как и СМИ и стали бы чувствительны к разным финансовым проверкам своих личных доходов.
Но ради аргумента, скажем что адвокат Виктора 2 плохо поработал и не нашел доказательств, которые бы бросали тень на финансовые данные УВ. Тогда, чтобы сумма возмещения не привела к закрытию газеты, суд выносит решение, в котором УВ обязаны заплатить истцу 50 000 гривен, а журналист также может выплатить 10 000.
На следующий день УВ печатает вторую киллерскую статью о Викторе 2, написанную другим внештатным журналистом (так как первому не понравилось то, что он должен был выплатить весь свой теневой гонорар за компенсацию Виктору 2). Исковой процесс повторяется, и Виктор 2 снова доказывает умысел. Но после выплаты 50 000, газета стала на грани своего минимального годового бюджета. И что тогда может делать суд?
Если четко придерживаться предложенной нормы, то, наверное, ничего. Выстрадав один судебный процесс, и выплатив 50 000 гривен (что, учитывая богатства Виктора 1, не такая уж большая сумма) "Утренние Вести" завоевали себе карт-бланш печатать грязь и вранье без наименьшей юридической ответственности.
Но забудьте об УВ и щедром спонсоре Викторе 1. Согласно предложенным изменениям, неприбыльные СМИ, которыми в Украине являются почти все СМИ, даже не должны заплатить копейки компенсации, чтобы заслужить полную киллерскую индульгенцию. Законопроект, таким образом, просто приведет к размещению самых плохих пасквилей в бедных СМИ, которые не будут нести никакой ответственности. Если много Украинских СМИ теперь далеки от цивилизованных стандартов профессиональности и этики, то принятие нормы, предложенной Правденко-Павленко, приведет к узакониванию словесного киллерства, в котором информирование общества станет чуть ли не на последнем месте среди ценностей СМИ.
Вообще, кроме сугубо лоббистских мотивов и цеховских интересов, я никогда не понимала разных попыток законодательно освобождать все без исключения СМИ от финансовой ответственности за распространение недостоверной информации без учета степени их вины. Как можно ставить сознательно киллерские "Утренние Вести" в такое же правовое положение как, скажем, более-менее профессиональную газету, которая допустила добросовестную ошибку? Это полный абсурд. Право на свободу слова никак и нигде не равняется праву отдельного СМИ на существование.
Вообще, предоставление СМИ правовой защиты от закрытия приведет не только к крайней несправедливости и нарушению прав человека – того, который несет убытки от распространения вранья, но не будет иметь права на возмещение, так как распространителем была бедная районка ли неприбыльная ТРК – но и к деградации качества СМИ и невозможности нормального коммерческого развития медиа-рынка.
Возможно потому, что судебные дела против СМИ являются относительно новыми в Украине, они часто рассматриваются исключительно через призму свободы слова. Однако история печати в США и странах Европы засорена трупами СМИ, которые умерли после проигрыша судебных дел. Но ни одна из этих стран, в которых защита свободы слова не подлежит серьезным сомнениям, не установила законодательных ограничений сумм компенсации за распространение недостоверной информации.
Если сумма возмещения зависит от степени вины СМИ/журналиста, если у них есть право на добросовестную ошибку и если должностные лица имеют меньшую защиту от распространения недостоверной информации, чем частные лица, судебные иски являются одним из главных рыночных механизмов для разделения СМИ и журналистов, которые заслуживают продолжения профессии, и тех, которым следует искать другую работу. В Украине, где коммерческие и рыночные механизмы слабы или вообще отсутствуют, судебные иски с неограниченными суммами и такие, которые могут привести к закрытию, являются чуть ли единственным рычагом, который отсекает неконкурентоспособные (непрофессиональные, неэтичные) СМИ и стимулирует хоть какое-то качество.
После недавно принятых законодательных изменений, внесенных Томенко, украинские СМИ имеют почти полный арсенал защиты против судебных исков, когда они этого заслуживают. Поэтому принятие законодательных ограничений на суммы компенсации, которые предлагают Правденко-Павленко, наоборот приведет не только к защите тех СМИ, которые этого не заслуживают, но и к ловушке финансовой прозрачности, к которой они никак не готовы.
Но наиболее тревожным результатом будет легализация словесного киллерства накануне выборов.
Мария Мисьо, Др. Юр. директор программы правовой защиты и образования СМИ
IREX ProMedia-Ukraine
Читайте также:
В Украине узаконят цензуру?